На открытии присутствовал Глава комитета по культуре Правительства Санкт-Петербурга Антон Губанков, Генеральный консул Республики Польша в Петербурге Ярослав Дрозд, директор департамента по культурному наследию Министерства культуры Польши Яцек Милер, деятели культуры, представители польской диаспоры. Смотрите фоторепортаж нашего корреспондента Владимира Шраги.
Генеральный консул РП Ярослав Дрозд сказал корреспонденту журнала «Gazeta Petersburska»: «Меня недавно спрашивали – что же Вы делаете в Петербурге? Я не знал, что ответить – столько всего происходит. Но сегодня я понял: вот этот памятник – самое большое дело, которое я сделал за последние годы».
В нижней части памятника вырублена латинская надпись AD MEMORIAM – «в память» – указывающая, что этот знак не является надгробием, и русский текст: «Польская пианистка Мария Шимановска». На бронзовой табличке над клавиатурой, – строки из «Каменного гостя» А.С. Пушкина, вписанные поэтом в альбом великой польской пианистки:
Из наслаждений жизни
Одной любви музыка уступает,
Но и любовь – мелодия…
В 1828 году Марию Шимановскую пригласили в качестве придворной пианистки и преподавательницей игры на фортепьяно в Санкт-Петербург. Она дала несколько публичных концертов, играла во дворце для императорской семьи и получила звание «Первой пианистки Их Величеств Императриц». Невозможно представить себе польский Петербург без ее музыкального салона на Итальянской улице, 15, который посещали русские и польские писатели, художники, музыканты и ученые. Здесь петербуржцы познакомились с музыкой Фредерика Шопена.
Мария Шимановская была знакома со знаменитыми людьми, как в России, так и за границей, среди которых можно назвать А. Гумбольдта, Шатобриана, К. Делавиня, Бенжамен-Констана, Гете и др., а также Н. М. Карамзина, И. И. Дмитриева, Н. И. Гнедича, Д. В. Давыдова, кн. П. А. Вяземского, Пушкина. С Пушкиным Шимановская познакомилась вскоре после своего водворения в Петербурге, о чем и свидетельствует дата пушкинской записи, а дошедшая до нас небольшая записка к ней поэта говорит об их дружественных отношениях. Гёте отзывался о Шимановской как о «пленительной богине музыки», а Мицкевич называл её «царицей звуков».
Пианистка умерла в возрасте 41 лет в Петербурге от холеры, похоронена на Митрофаньевском кладбище. После революции кладбище было закрыто, в 1927 году началось массовое уничтожение крестов и надгробий.
