КИД и моя тётя

Советские школьники в свободное от уроков время могли посещать много разных кружков: юных натуралистов, фото-, авто- или кораблемоделирования, выпиливание лобзиком или иной деревообработки; многие занимались спортом. Были и другие, менее популярные виды. Но именно в шестидесятые появился совершенно новый тип таких факультативов – КИД. Это расшифровывалось как «Клуб интернациональной дружбы». Участники КИДа под контролем пионерской организации получили возможность переписываться с ровесниками из других стран. Конечно, выбрать друга по переписке можно было исключительно из числа социалистических стран. Большинство переписывалось с Болгарией. Тут языковой барьер почти не мешал даже при незнании языка. Труднее пришлось тем, кто общался с Китаем. Этим редким энтузиастам приходилось бегать к студентам филологам-ориенталистам.

Моя тётя, будучи простой советской школьницей, не преминула в тот момент воспользоваться возможностью пообщаться через письма с далёкой и известной ей только по рассказам старших членов семьи Польшей. Сама она писать по-польски не умела, поэтому ей удалось наладить переписку с несколькими польскими школьниками, углублённо изучавшими русский язык. Это были ребята из Гданьска, Варшавы и Люблина.

Переписка была нехитрой: открытки с видами городов, поздравления с праздниками, короткие и безликие рассказы о жизни. Увидеться ни с кем в итоге так и не удалось, хотя переписка была многолетней и с несколькими людьми. Уже в университетские годы моя тётя бережно сложила все письма в папку и убрала далеко в шкаф.

Прошло время. Подрос её племянник. Он всё-таки усвоил язык своих предков, выучившись не только говорить, но и читать и писать по-польски. И тут тётя, уже ставшая пенсионеркой, вспомнила о своей переписке во времена школьного детства…

Она позвонила мне как-то вечером и спросила, не хочу ли я получить увесистую пачку польских открыток конца шестидесятых. Чуть не задохнувшись от неожиданно свалившегося счастья, я согласился. И вот через несколько дней у меня в руках был увесистый конверт с драгоценным содержимым.

В течение нескольких последующих вечеров я, забыв обо всём остальном мире, перебирал картонки с изображениями польских городов, звёзд польского кино, рисунками народных костюмов… На обороте были напечатаны названия изображений и цена открыток самих по себе или с марками. Очень скоро ко мне присоединился мой старый друг сканер, который долгое время пребывал в состоянии гибернации в глубине шкафа. Вместе мы всматривались в каждую мелочь на открытках. Особенный интерес вызывали сильно выцветшие рукописные надписи на обороте. Один адрес мне даже удалось прочитать и найти в интерактивной карте мира.

Нельзя было таить такие замечательные вещи на полке своего шкафа. В итоге было решено сделать несколько заметок для газеты со сканами этих открыток, распределенных по темам.

Сегодняшняя тема: телевизионный фильм «Четыре танкиста и собака» 1966-1970 гг.

 Franciszek Pieczka 'Czterej pancerni i pies'

 Janusz Gajos 'Czterej pancerni i pies'

Pola Raksa i Janusz Gajos 'Czterej pancerni i pies'

 Włodzimierz Press 'Czterej pancerni i pies'

Денис Щеглов
Редакция Ирина Алиева